Site icon УРА-Информ

Как президент Петр Порошенко не оправдал надежд украинской революции

В начале этой весны люди из президентской администрации не так боятся отдельных митингов, разворачивающихся в нескольких сотнях метров от них на площади Независимости, где четыре года назад началась революция Майдана. На данный момент борьба стала скрытной: она приводит к столкновению между Петром Порошенко, президентом, приведенным к власти этой революцией, и его западными партнерами, говорится в статье.

Сейчас речь идет об учреждении нового социального института — специального Антикоррупционного суда. Параметры проблемы просты: Украина добилась успехов в преследовании продажных чиновников и депутатов, в частности, благодаря работе Национального антикоррупционного бюро (НАБУ). Однако расследования этого учреждения с широкими следственными полномочиями, созданного в 2015 году, в конце концов увязают в судах, указывает автор.

Сначала Петр Порошенко решительно противился идее создания Антикоррупционного суда. В середине сентября 2017 года перед иностранцами, собравшимися на проходившей в Киеве конференции "Ялтинская европейская стратегия", он обратился к аудитории: "В какой стране есть подобный суд? Они существуют лишь в Уганде, Кении или Малайзии". То есть, делая упор на суверенитет, украинский президент дал понять, что не позволит диктовать ему, как себя вести. Если не считать того, что страны Запада на этом аукционе дали большую цену и согласно теперь уже хорошо обкатанному методу заморозили выплату нового транша финансовой помощи, которую ожидает Киев. С тех пор президент стремится выиграть время и предлагает альтернативный проект, ограничивающий полномочия и, главное, независимость будущего суда. В свое время учреждение НАБУ вызвало такой же армрестлинг, пока Киев не капитулировал, описывает Виткин.

"Такие ухищрения являются выражением животного страха власти, — поясняет Дарья Каленюк из Центра противодействия коррупции. — При действительно независимом учреждении под угрозой окажутся все, попасться может любой. Этого президент не в силах вынести: его легитимность перед партнерами и политическими союзниками зависит от его способности их защитить".

В 2014 году приход Петра Порошенко к власти вызвал сильный энтузиазм как на Западе, так и у украинского народа, говорится в статье.

Первые шаги были обнадеживающими, отмеченными вводом важных реформ: финансовая стабилизация путем закрытия десятков банков; реформа армии и части полиции; частичная реформа в энергетических секторах, здравоохранении и образовании; амбициозная децентрализация, напоминает Виткин.

Но в самом чувствительном вопросе, касающемся коррупции, итог более чем скромный, указывает автор. "Заветная стабильность не имеет никакого смысла, если не будут проведены глубинные изменения, — считает Каленюк. — Все запущенные реформы остаются иллюзорными и уязвимыми в этой коррумпированной системе".

Теряют терпение не только на Западе. За год до президентских выборов рейтинг популярности Петра Порошенко упал до уровня в 15%. Эта нелюбовь во многом вызвана снижением уровня жизни украинцев, а также провалами в борьбе против коррупции — главном требовании Майдана, передает Виткин.

Неужели, по меткому выражению российского журналиста Леонида Бершидского, Запад "поддержал не тех людей"? "Уже с самого начала возникло недопонимание, — ответил один европейский дипломат. — Порошенко пообещал устроить "деолигархизацию" и реформу непрозрачной системы, на основе которой были сооружены украинские элиты, но ведь он сам является олигархом и представителем этой системы".

"Идея состоит необязательно в обогащении, во всяком случае, не всегда, — поясняет журналистка Кристина Бердинских. — Президент не приемлет понятия независимых социальных институтов, в которых он видит потенциальную угрозу. Кто-то должен обладать правом контроля, и если это не он, то такие институты могут стать его соперниками".

"Представители этой системы мыслят лишь категориями контроля или сделок, договоренностей", — считает Орисия Люцевич из аналитического центра Chatham House в Лондоне.

Навязчивая идея контроля простирается намного дальше. Начиная с 2016 года активисты по борьбе с коррупцией или соперники президента, такие как бывший грузинский президент Михаил Саакашвили, становятся мишенями для СМИ или послушных прокуроров. НАБУ тоже стало объектом для неоднократных нападок в парламенте, стремящемся снизить его полномочия и независимость, указывает Виткин.

"Несправедливо все взваливать на плечи президента, — утверждает министр иностранных дел Павел Климкин. — Он не может все изменить в одночасье: даже в странах Балтии, где решимость всеобщая и более легкие цели для достижения, на серьезные реформы потребовались годы". "Просто изменить структуру отдельных министерств — это титанический труд, — продолжает высокопоставленный чиновник. — Достаточно взглянуть на столовую президентской администрации, чтобы вспомнить, откуда все идет: из Советского Союза".

Источник: Инопресса

Exit mobile version