Опасная тенденция. Иллюзия власти

Если подробнее, то двое студентов вуза переходили одну из центральных улиц города. За рулем новенькой «Шкоды Октавия», которая сбила парней, находился майор областного Управления ГАИ. Студентов на «скорой помощи» отвезли в больницу, и к 22:30 одному из них уже была проведена серьезная операция: диагноз – открытый перелом голени. Второй парень отделался несколькими гематомами, ссадинами и сотрясением мозга.

Сознательность местных жителей оказалась на высоте. Как сообщило интернет-издание 20минут, после ДТП люди заблокировали автомобиль на месте происшествия, вокруг собралось порядка трехсот горожан, которые контролировали каждое действие следственной группы ГАИ, прокуратуры, милицейской внутренней безопасности, фиксируя происходящее на видео и фото с мобильных телефонов. Кроме того, люди разбили стекла «Шкоды Октавия» товарища майора, а также нанесли ему легкие телесные повреждения. Житомиряне еще несколько часов блокировали и другое авто – милицейский джип «Патриот», в салоне которого после так называемого «народного суда» оказался пьяный майор. Более часа до приезда на место скорой и наркологов он пролежал в салоне джипа под задним сиденьем с прикрытым рукой лицом.

Причина такого агрессивного поведения горожан оказалась объяснимой – в машину офицера пытались подставить другого водителя, который взял бы всю ответственность на себя. Опрошенные местными журналистами свидетели сообщили, что только благодаря их действиям силовикам не удалось повернуть истинную причину ДТП в выгодное для ГАИ русло. В число понятых при проведении освидетельствования состояния офицера по требованию горожан были приглашены журналисты. Лишь спустя примерно четыре часа после ДТП офицер был доставлен в наркодиспансер: выявленная доза алкоголя в крови у житомирского госавтоинспектора составила 1,4 промилле (допустимая концентрация спирта 0,5), в моче – 2,2 промилле.

Происшествие с майором житомирского ГАИ чудесным образом консолидировало местных жителей и случайных прохожих. Горожане на удивление поступили правильно и логично, и вполне естественно похвалить их за это, поскольку иначе, скорее всего, наезд майора прошел бы незамеченным.

Но случай с милиционером, скорее, исключение из правила, чаще наезжают не милиционеры, а бизнесмены и золотая молодежь. Харьковский рекордсмен, не имеющий отношения к милиции, джипом убил 6 (шесть) человек на остановке. Руководитель одной крупной компании недавно так врезался на «порше» в пешеходов, что одного пострадавшего разорвало на 16 (шестнадцать) частей. Можно еще вспомнить товарища Калиновского, который ехал то быстро (до суда), то медленно (во время суда). Еще есть товарищ Петросян (однофамилец Евгения Вагановича), который сбил 11 автомобилей в Одессе. И таких юмористов у нас достаточно много. А курьезов с милицией хватает и без автомобильных аварий). Причем нужно заметить, что это выборка происшествий за достаточно короткий промежуток времени и только на вскидку. На местном уровне событий гораздо больше.

Не хотелось бы акцентировать внимание на частных случаях и возмущенно твердить, как многие: «Да что это такое?» и «Когда это закончится?». Похоже, на местах решение приходит уже как-то само собой.

Действия жителей Житомирщины один журналист окрестил как «суд Линча». Один из участников инцидента честно заявил, что его уже «достала» безнаказанность «представителей власти» в кавычках. В последнее время, к сожалению, вырисовывается все более агрессивное противостояние между «они» и «мы», а также «наше» и «чужое». В обществе формируются иллюзии, которые приведут к спонтанному социальному взрыву, и вряд ли он будет управляемым, как на выборах Президента, поскольку политические элиты к событиям явно не готовы, а заняты в большей степени собой. Но, возможно, общество решит проблемы не с помощью социального взрыва, а другим путем. Немного об иллюзиях.

Иллюзия 1 – «Мы» – «представители власти»

Работа в бюрократических государственных организациях, с механизмом надежных внутренних связей между «представителями» способствует ощущению того, что возможно «решить» любую проблему, а о мелочах, как езда в пьяном состоянии без прав или хамство, можно вообще не задумываться. Жить можно легко – можно подписать бумажку и получить кучу денег за подпись, можно позвонить куда-то – и надежное «чувство локтя» закроет все вопросы. Роль консолидации однообразных чиновников вокруг механизма самосохранения в «вертикали» удивительным образом уживается с вечной грызней за место в этой самой вертикали. В обоих случая поступками руководит, как правило, инстинктивная паника, что можно потерять «место» и «благоволение», что можно выпасть из «системы», не оказаться навечно в карьерной лестнице.

Отношение к тем, кто «вне», вырабатывается соответствующее – на уровне условных инстинктов доктора Павлова – если они не из «наших», значит, на них распространяются законы со всей «суровостью». Впрочем, «мы» – это не столько чиновники, «мы» – это во многом просто менеджмент, ощутивший вкус «свободы» от пьянящих душу «связей». Такая свобода, превращаясь естественным образом во вседозволенность, приводит к тому, что «менеджер» (неважно, как мы его назовем) перестает замечать мелочи. Такие, как пешеходы на дороге, соседи за столиком в кафе. Реакция на «мелочи» напоминает реакцию на раздражитель: от него хочется как можно скорее избавиться и забыть. «Они» – это раздражитель, «лохи», «биомасса», «народ», «электорат». «Они» далеко – где-то на границе постепенно заплывающего салом сознания. Иллюзия опасна тем, что она притупляет ощущение времени и пространства – на каком-то этапе все останавливается и кажется, что уже ничего не изменится... никогда...

Иллюзия 2 – «Они» – «представители власти»

Для обыкновенного человека «они» это постоянный выбор между «большим злом» и «меньшим злом». Выборы Президента это явно показали: подтекст «нас все достало» тогда стерся на фоне идеи «меньшего зла» – как кандидата, который тоже не всем хорош, но он лучше, чем «тот» сукин сын. Но сейчас картина меняется кардинальным образом, начиная от «верхов», где «все они одинаковы», заканчивая на местах, где «ничего не поменялось» или «все хуже». Таким образом, личности, декларирующие власть от имени народа, «маленьких украинцев» и т. п., постепенно слились в один общий кисель, уже абсолютно не понятный обывателю, как «вещь в себе» Канта. Некий черный ящик, в который что-то входит и что-то выходит, а на время между входом и выходом он гудит. На местах «они» – это группа товарищей, которые «управляют», т. е. берут взятки, принимают какие попало решения, а в промежутках пьяные разъезжают по малой родине с манекенщицами-секретарями. Это не выдумка, а народный собирательный образ, также характеризующийся надменным выражением лица, животиком спереди и складками на затылке сзади. Есть еще и иллюзия, что наверху могут решить проблему возникшую внизу, по причине того, что внизу всегда подчиняются тому, что наверху. По примеру Лукашенко, который иногда делает внезапные налеты с помощью вертолета на места и лично руководит тем или иным проблемным колхозом/заводом. Подобные декларативные попытки налетов осуществлялись и у нас, но заканчивались закономерным провалом.

Иллюзия 3 – «Наше»

«Все кругом народное – все кругом мое!» Самая заманчивая иллюзия всех времен и народов, превращающаяся в наших условиях постепенно в «головокружение от успехов». Здесь даже не столько вопрос коллапса экономики, который муссируется по разным причинам кругом и рядом «элитами» или дерибана земель. Это, скорее, уже отдельно стоящий социальный фактор отсутствия сформированной идеи собственности в Украине как таковой, благодаря самым совершенным в мире рейдерским технологиям, помноженным на лояльный админресурс и обыкновенный рэкет. Кроме того, «наше» – это наш круг знакомых (здесь нет друзей – друзья возникают и исчезают перманентно), наши бутики, наши машины, наши рестораны и клубы, наша мораль и наши обязанности. «Наше» видение будущего и настоящего как зеркало реального бытия в промежутках между походами в клубы и подсчетом доходов, отдыхом на райских островах подальше от родины. Все это очень утомляет.

Иллюзия 4 – «Чужое»

«Маленькие украинцы» воспринимают «чужое» буквально – то, что не принадлежит мне или нам. К таким предметам относятся в основном предметы материальные: дом, машина, квартира, вещи. Чужое можно только украсть или купить, тогда оно становится своим. Отсюда недоумение, почему чиновник с зарплатой в 1500 грн ездит на БМВ – вряд ли он его купил. Если есть «чужое», его нельзя просто взять: у него есть хозяин. Но у большинства вещей хозяин абстрактный – некое предприятие, госучреждение – в общем, некий «кто-то». Сейчас все настойчивее некий «кто-то» в лице государства заменяется на вполне конкретного «кого-то» в образе описанных выше товарищей. Причем, с точки зрения маленького украинца, это не вписывается в его устоявшуюся картину материальных отношений и жизненных ценностей. Мнение маленького украинца по этому поводу просто игнорируют с традиционно присущей наглостью и цинизмом. А ведь «чужой» бывает не только земля или дом, или завод, еще есть чужая жизнь и чужая судьба, что в расчет вообще не принимается. По этой причине именно наезды (с помощью машин или с помощью людей) становятся той каплей терпения, которая даст ответ на следующий вопрос.

Что дальше?

Средства массовой информации сыграли в этой ситуации свою посильную роль, послужив катализатором событий, пресса все же стала свободной, но свободной двояко. «Темники» политические заменились на «темники» экономические в значительной степени и испытание долларом оказалось еще более тяжелым, чем испытание моральным и физическим давлением. И хоть у нас применяются массовые технологии манипуляции сознанием, все же, как оказалось, народ ничего не забывает. Очередная порция несправедливости, освещенная с помощью СМИ, не предлагает решения для обыкновенного человека, но предоставляет ему возможность думать и действовать самому.

Появление организаций подобных Збережи старий Київ и организованность простых граждан вокруг житомирского дорожного происшествия говорит о том, что изменения, которые могли возникнуть наверху, теперь будут возникать внизу. А именно, если «верхи» не могут, то низы уже «почти хотят» взять под свой контроль ситуацию. Люди, которые получили возможность тратить часть своего времени не на поиски способа выживания в жестких экономических условиях, начинают делать инвестиции в защиту своих прав. Особую роль играет средний слой, пока немногочисленный в нашей стране, который более подготовлен и возможно более конструктивен, а значит, и более организован. На первый план выступают вопросы собственности и личных прав, но не на уровне смены «руководства», а на уровне самообороны от «них».

Самоорганизованность «маленьких украинцев» является возможной предтечей формирования гражданского общества, в котором роль ответственности с руководителей государства постепенно переносится на членов социума. Отсюда вытекает ряд последствий, таких как выбор новых, более ответственных «верхов» и более жесткий контроль их деятельности, решение ряда вопросов жизнеустройства на уровне даже не местных советов, а небольших общественных организаций в форме диалога с властью. Акции протеста станут более цивилизованными и конструктивными, а главное – действия обыкновенных граждан, сконструированные в рамках солидарности, структурно будут выстроены по принципу полнофункционального организма, включающего не только организацию акций и событий, но и их юридическую, а также информационную поддержку. Активность населения из плоскости «политики» постепенно ляжет в плоскость «социума», особенно после того, как большую часть национального достояния успеют «переделить». «Им» и «нам» придется договариваться и не нарушать закон, а особо ту его часть, которая отвечает за наши права и нашу собственность. Именно гражданское общество и активные социальные группы смогут изменить судебную систему, систему управления на местах, а не директивы сверху или парламент и президент, катастрофически теряющие авторитет. Если этого не произойдет, возможен и другой сценарий развития событий, когда власть в свои руки возьмут самые «низы», что обернется откатом еще несформированных ценностей назад.

История показывает, что общество и государство выигрывает только в том случае, когда принимает решение не простое большинство, а наиболее взвешенная и рационально мыслящая часть большинства. И принятие решения должно являться продуктом соглашения, а не продуктом исключения или, иными словами, отторжения от «кормушки», изоляции одних и заменой их на других. В действительности нет смысла никого менять, есть смысл кого-то ограничивать, роль «ограничителя» на себя может взять только активное общественное ядро. «Кормушка» и диалектическое единство противоположностей «они» – «мы» будет всегда, а значит, нам придется мириться с «ними», но мы должны находить в себе силы коллективно бороться с несправедливостью, осуществляя эту борьбу методом социальных акций и организованной социальной деятельности, а не вовлечением в политические баталии, постепенно переходить в плоскость социальных интересов, что позволит решить целый ряд как политических, так и национальных противоречий в будущем. Бытие определяет сознание, поступки формируют человека, поступки социальных групп формируют общество, страну и ее руководителей.

Украина сейчас имеет удивительный шанс переложить общественный интерес в плоскость защиты своих интересов и плоскость социальной динамики взаимоотношений, вместо плоскости взаимоотношений капитала. Мы можем шагнуть гораздо дальше, чем это сейчас себе представляем. Иначе мы вернемся на много лет назад, сначала в эпоху гуманитарной катастрофы, а затем социальной и экономической.