.jpeg)
Во время эксперимента, который состоялся в четверг, 21 июня, на Банковой, воспроизвели условия, во время которых майор мог проводить записи.
– Следственное действие должно было подтвердить только тот факт, что я физически мог заходить в кабинет, что я физически мог пронести диктофон, что я физически его мог поставить, что поставить именно в то место, где я уже 7 лет даю показания, в какое именно место я мог его поставить, – отметил майор.