.jpeg)
Акт 1. Смутные сомнения
Капитанская рубка. В воздухе зависло плотное толстое облачко золотисто-апельсинового оттенка, на нем сидит Капитан. У пульта в белом кресле Первый Пилот. Штурман-механик задумчиво стоит у стены. Сквозь стены слышен громкий шум, музыка, отдельные слова пламенных речей.
Капитан
: Не нравится команда мне. И вы, признаться, тоже.Давайте сменим всех.
Штурман (иронично): Да вряд ли вам поможет.
Первый Пилот (основательно, с расстановкой): Придут все те же – и на те же кресла.
Есть смысл срывать команду с места?
Они и так все время митингуют.
Первый Пилот: Конечно, интересно, коль народ взволнован.
Но наш корабль почти парализован.
Несемся мы вперед без курса, без руля.
Давно не отзывается Земля...
Штурман: Команда спорит, кто куда летит.
Один к Луне, другой к Венере норовит.
А те, кто к Солнцу, требуют впустить
Сюда, чтобы поближе к пульту быть.
Первый Пилот: Вы формулируете цель.
Я к ней – кратчайший курс.
К чему изнашивать наш умственный ресурс
Бесплотным спором? Главное – летим.
(пауза) Однако можете вы быть по-своему и правы.
На нас и впрямь нужна какая-то управа.
Тогда давайте выбирать и капитана,
Чтоб было честно все и без обмана.
Капитан бледнеет и хватается за стол. Шум за стенами становится сильнее.
Акт 2. Смутные видения
Каюта – современнейшая химлаборатория. Над пузатыми колбами колдует Ученая Леди в белом. Всюду серебристый металл, белые пушистые пуфы и на потолке нарисована красная громадная стрела, к ней прицеплена бумажка с надписью «Чтобы не забыть, куда бежать при катастрофе».
Ученая Леди: Летят они... И курсы намечают...
А я? Меня вообще не замечают!!!
Из длинной колбы вырывается серебристое тонкое облачко. Ученая Леди быстро закупоривает колбу и удовлетворенно потирает руки.
Ученая Леди: Уже они рассорились друг с другом –
Подействовал мой предыдущий газ.
А этот новый вовсе их забыть заставит,
Куда, зачем и для чего летят.
И, наконец, меня подпустят к пульту.
Уж я-то знаю самый краткий к Солнцу путь.
Вдруг Ученая Леди бросает взгляд на кровать и цепенеет: там, поджав под себя ноги, сидит она же, только намного моложе, в толстом сером свитере, бледная и испуганная. Ученая Леди подходит к Незнакомке, трогает ее, убеждается, что та состоит из плоти и крови, машинально хватает нож и пытается пырнуть Незнакомку, но на той зарастает и рана, и дыра в свитере.
Ученая Леди: Откуда ты? Попала как сюда?
Незнакомка (оглядывается): Не знаю... Здесь была всегда.
Ученая Леди (хрипло): Зачем пришла? Исчезни!
Незнакомка: Но куда?
Ученая Леди (сжимает кулаки): Самой мне надо капитаном стать,
Чтобы не являлись люди ниоткуда.
Для этого рассорить всех и вся:
Тогда и власть к ногам падет, как спелый плод.
Капитан лежит в маленькой личной каюте, забитой под потолок обломками старинных комет, лунного грунта и марсианских окатышей. В углу стоит кварцевая плита с какими-то забытыми письменами. В глубоком кресле с позолоченной отделкой появляется Незнакомец-Двойник, похожий на самого Капитана. Капитан замечает его и, привстав, протягивает руку.
Капитан (рассеянно): А вы откуда? И надолго к нам?
Двойник: Послушай, капитан, сейчас речь не о том.
Ты помнишь Землю? Прялки? Отчий дом?
Как было хорошо, когда все за тебя решали...
Источник же твоей сегодняшней печали –
Желанье друга сильного иметь и страх
Ему всю власть отдать, оставшись в дураках.
У пульта управления сидит Первый Пилот и разговаривает со своим Двойником – худым мальчиком, которому почему-то хочется подарить новый велосипед.
Первый Пилот: Устал я от интриг.
Двойник: Не замечай ты их.
Первый Пилот: Но кресло главное не выдержит двоих.
Двойник: Тогда бери его.
Первый Пилот: Расколется корабль.
И кровь прольется. Мне команду жаль,
Ведь только отдохнули от болтанки.
Двойник: Кто на вершине – непременно уязвим,
Когда не видит дальше собственного трона.
Пусть капитан подумает об этом на досуге.
Ты не грусти: вы так нуждаетесь друг в друге,
Что между вами крови просто быть не может.
Он непоследователен – твоя лишь сила здесь поможет,
(покачав головой): Иначе точно солнца не видать.
Акт 3. Конкретные исходы
Капитанская рубка. Там Капитан и Первый Пилот. Остальные члены команды толпятся у дверей, пытаясь уловить хоть звук их беседы. Помощник капитана, возникнув перед дверьми, важно заявляет, что они обсуждают ситуацию на корабле и ищут компромисс. Кто-то выкрикивает: «Да уже сотый день ищут». Долетает шум митинга, уборщица потрясает мохнатым пылесосом и кричит: «Долой!». Кого долой – малопонятно, куда – тоже, ведь вокруг открытый космос.
Внутренности капитанской рубки.
Капитан: Как здорово, что мы здесь собрались,
Беседуем спокойно и достойно.
С тобой мне хорошо: надежно.
Первый Пилот (доволен): Безусловно.
Капитан: Ты извини, что я затеял бурелом.
Но если бы не он, в нас тыкали бы пальцем
И обвиняли в сговоре, слова плохие говорили.
Первый Пилот: А так – мы основательно все вместе обсудили.
Капитан: Конечно, нестыковочки у нас имеют место быть.
Первый пилот: Мне главное, чтобы корабль не развалился.
И я готов к разумным компромиссам.
(вздохнув) Вот только слишком долго ищем мы,
Ту формулу, что остудит умы.
Ну, согласись хотя б на что-то...
Капитан (наслаждается): Подожди.
А рассмотреть, обдумать, обсудить?
Тем более, мне некуда спешить.
Шум за стенами становится сильнее, в какой-то момент он переходит в жуткий грохот. В капитанскую рубку врывается поседевший Штурман. Капитан и Первый Пилот бледнеют и переглядываются.
Штурман (мертвенно-спокойным тоном): Один из митингующих наружу вот пробился.
Капитан и Первый Пилот, подошедшая Ученая Леди (хором): А кислород у нас хоть где-то сохранился?
Штурман (со странной улыбкой): Какие звезды и какие дали?
Как оказалось, никуда мы не летали.
В рубку заходит Механик с громадным искореженным резаком.
Механик: Значит, это... В следующий раз в День космонавтики к Солнцу задумаете – не стартуйте в пятницу, 13. Плохая примета. (Пауза, кивает на дыру.) А если бы в космосе?