В очередях киевских отделений Сбербанка только и разговоров, что об облигациях, валюте, платежах и вкладах. О болячках и личном молчат, лишь устало следят, чтобы никто не влез без очереди. Сегодня, 11 января, первый день выплат компенсаций бывшим вкладчикам Сберегательного банка СССР в Подольском и Печерском отделениях проходил спокойно: без валерьянки, валидола, драк и брани. Правда, очередь из желающих получить заветную тысячу гривен в Печерском начиналась уже на улице.
– Как настроение? – спрашиваю у какого-то дедушки в ярко-синей куртке. От всех остальных его отличает легкая улыбка, значит, вряд ли обругает.
- Неплохое, стараюсь радоваться уже тому, что хоть что-то получу.
- А долго еще стоять?
- Часа полтора-два точно. Передо мной еще 15 человек. Но ничего, постою. Слышал в некоторые отделения деньги вообще не привезли, люди маются на улице и ничего не знают.
Молодых в зале нет, не привыкли к многочасовым очередям, сбегают. Впорхнувшую в отделение светловолосую девушку встречают косыми взглядами.
- Я что ненормальная сейчас лезть? Месяц-другой пережду и спокойно все получу. Когда я родилась, дедушка оформил сберкнижку на мое имя, - говорит Катя. В отделение она зашла только, чтобы узнать, какие документы нужны для выплат.
Несмотря на всеобщее напряжение, кассиры по сто раз спокойно объясняют: что, как и почему. Тяжело, конечно, старики народ непонятливый и обиженный.
– Это мои деньги! Я каждую копейку честно заработал! А теперь что? Как за подачкой какой-то стою. Пару лет назад 50 гривен кинули, теперь вот еще. Так и буду до самой смерти побираться, лишь бы в очереди не подохнуть, – восьмого января 73-летний Яков Петрович для сдачи необходимых документов простоял четыре часа. Говорит, что потом два дня отлеживался. Полученные деньги собирается отдать внучке на свадьбу.
Внезапно в тишине, нарушаемой лишь шелестом бумаг, стрекотом кассовых аппаратов и разговорами о деньгах, раздаются полуистеричные требования: «Прекрати! Немедленно прекрати! Слышишь?» Какой-то дед с носом Кощея Бессмертного был возмущен появлением нашего фотографа. Объяснения, что его никто не фотографирует, бесполезны, и голос мужчины становится громче: «Без моего разрешения меня нельзя снимать!»
– Иди лучше Президента фотографируй! Ты не имеешь права! – радостно присоединяются все, кто рад хоть чуть-чуть покричать. Для разрядки. Мы прячем фотокамеру и уходим от греха подальше. Новости пестрят сообщениями о разъяренных вкладчиках, готовых надавать тумаков каждому, кто станет на их пути к заветному окошечку Сбербанка.
.jpeg)
