Пятничный кУРАж. Убить Билла

Беатрис терпеливо ждала своего часа. Но он не наступал, а отступал. В отличие от Билла, все норовившего наступить на пятки. Вот и сейчас Билл, в сопровождении соратницы Верниты Грин, вошел в палату и осторожно приблизился к кровати.

Билл: Что она (на потолке) высматривает?

Вернита: Макроэкономические показатели.

Билл (удивлен): Разве они там?

Хаттори Ханзо: Они могут быть где угодно.

В памяти Беатрис всплыл эпизод из прошлого: Билл с кислым лицом клянется в вечной дружбе, за ним скептически наблюдает сводный брат Батт. Билл узнал, что Беатрис заигрывала с Баттом, и прогнал ее. Батт узнал, что она пыталась заигрывать с ним, и отвернулся от нее.

В комнату размашисто и шумно вошел Батт.

Батт (зычно): Сейчас макропоказатели (показывает в угол) ниже плинтуса.

Билл (Беатрис, строго-недовольно): Надо поднять.

Батт: Нельзя поднять то, что так опущено.

Билл: Опущено?

Вернита: Упущено.

Билл (подозрительно): Кем?

Батт (после паузы): У нее спроси. (искренне) Я не при креслах, ты же знаешь.

Вернита (Беатрис, грозно): Почему все так низко пало?

Беатрис резко выхватывает из-за спины пистолет и целится в Билла. Должен прогреметь роковой выстрел, как вдруг распахивается дверь и в проеме появляется Гого Юбари – верная соратница Беатрис, считавшаяся погибшей.

Гого (Беатрис): Надо сваливать!

Беатрис: На кого?

Последней мыслью Элли Драйвер была, как всегда, мысль о тайных врагах и зловредных сущностях. Элли видела их везде. Даже там, где, по уверению многих, вредителей априори не может быть. А все благодаря тому, что у нее один глаз был скрыт темной повязкой. Сейчас Элли шла по коридору к палате интенсивной терапии со спецзаданием: перекрыть Беатрис кислород. Посвистывая, Элли толкнула ногой дверь и моментально ощутила неприятный холодок у виска.

Элли: Ч-что надо? (пауза) А-а, понятно… Сколько?

Беатрис (жестко): Триста.

Элли: Чего нет – того нет.

Беатрис (упирает дуло пистолета в лоб Элли): Появится. Или тебе крышка.

Элли (наивно): Позолоченная или красного дерева? (сентиментально) Я люблю, чтобы с завитушками.

Гого (шагнул из тени): Завитушки оставь себе, а голоса - обеспечь.

Элли (нервно): На всех не хватит.

В памяти Беатрис возник огромный зал и Элли, критикующая Билла. Тогда они были заодно…

Беатрис: С меня довольно.

Элли: С меня – тем более.

Беатрис: Тебе кто-то мешает? (вкрадчиво) Может, Билл?

Элли: Хочешь поговорить об этом?

Многолетняя жажда мести подтолкнула Беатрис и она выбила Элли оставшийся глаз. Обливаясь кровью, Элли осела на пол.

Гого: Зря испортила. Неплохой был экземпляр.

Элли (водит руками, про себя): Как хорошо! Наконец-то я все вижу в истинном свете.

Беатрис (бесстрастно): Заменим Пай Мэем – он опытный. И голосов даст.

Пай Мэй, бывший учитель легендарного отряда «Скандинавских гадюк», ждал, когда в чашке расцветет лотос. Ровная, как зеркало, водная гладь всколыхнулась: на фоне зеленой стены выросла фигура в белом. Пай Мэй не шелохнулся.

Беатрис (уважительно): Вот это выдержка!

Гого (иронично): Вот это дальновидность! (Пай Мэю) Мы всколыхнули твои незамутненные воды.

Пай Мэй (важно): Главное – не выплеснуть с водой и ребен… «капусту».

Беатрис: У вас же – лотос.

Пай Мэй: А от вас нечего ждать, кроме «капусты». (пауза) Она меня не интересует.

Беатрис (с ножом к горлу): А так?

Пай Мэй: Никак. (укоризненно) Довольствуюсь малым.

Беатрис (нажимает лезвием на горло): Вот и отдай нам его.

Пай Мэй (пожимает плечами): Берите сами. (про себя) Если получится.

Беатрис: Убить тебя – точно получится.

Пай Мэй (многозначительно): А Билла – нет.

В домике Пай Мэя в тот вечер рано погас свет. Поэтому мало кто видел, как из дверного проема выскользнули две тени: белая и черная.

Беатрис (вытирая нож об одежду): Сколько крови выпил – ужас!

Гого: Труп убей – оживет обязательно. Просто-таки ждет, кто бы его …лучше, конечно, прирезал. Зрелищнее. (перехватывает косой взгляд Беатрис) А ты не знала?!

Нет, не зря О-Рен называли «японским городовым». Созерцая булыжники в своем Саду камней и плавно впадая в нирвану, О-Рен не сразу обратила внимание на стройную фигуру в белом, возникшую у среднего камня.

Беатрис (отсекает руку О-Рен, издевательски): Ой, я не хотела.

О-Рен: Я тоже. (подбирает руку) Куда теперь ее?

Беатрис (отбирает руку): Мне она нужнее, чем тебе.

О-Рен: Чужими руками голосовать и рейтинг загребать?

Гого (деловито): Больше и взять-то нечего.

Беатрис (мрачно): Могу и голову снести.

О-Рен (с издевкой): До нашей головы тебе да-а-а-леко…как…как до Билла.

Билл отложил газету на столик и потянулся как можно выше, но до потолка не достал.

Батт (насмешливо): Становой хребет сломаешь. Он и так не особо крепкий.

Билл: Естественно. Мне приходится столько всего выдерживать! (пауза) Звонят, угрожают, убить обещают. Пишут об этом даже. Из Майами. (патетически) А я что – напрягаю? Нет, держу в себе. (жертвенно) Зачем людей пугать?

Батт: Отложение мЫсолей. Бывает.

Вернита (бодро): А мы тряхнем стариной – и все старые соли долой. (зовет) Ники! Ники! (Биллу) Дочура моя. Шу-устрая.

Ники (Биллу): Так-с, поднимайтесь, быстро-быстро. Разминка, зарядка, накачаем мышцы и - вперед.

Билл (хмурится): Зачем?

Ники (подпрыгивает до потолка): А вот за чем. (вертит белыми пальцами) Один прыжок – и отбелились, а?

Билл (Верните): Беатрис еще не уложили?

Вернита: Частично.

Билл: Лучше, конечно, наповал.

Батт: Не знаю, как вал, а завал она обеспечит.

Вернита (Бату): Завалить ее было бы неплохо.

Батт: Ха! Нашла лоха. Тебе надо – ты и вали. А я, знаешь, пацифист.

Билл: Значит, вали отсюда. Наше дело в белых перчатках не делается.

Батт: В черных, что ли? (пауза, присутствующие переглядываются) А как же руки, которые ничего не крали?

Софии Фаталь (заходит, невозмутимо): Одну руку она оттяпала.

Билл: Кому? О-Рен? (нервно) Так пойдите, помогите, зачем мне однорукая коа….

Фаталь (перебивает): Чем тут поможешь? Не свою же отрубать….

Батт (подхватывает):…с плеча?

Билл: С плеч. Голову.

Фаталь (пожимает плечами): Я не голова, с меня и спрос невелик.

Билл (недовольно): Предложение тоже не щедрое.

Батт: А не надо было предлагать Беатрис руку в обмен на сердце.

Билл: Не думал, что она примет.

Батт: Она принимает. Меры.

Вернита (возмущенно): Нет меры ее наглости!

Ники (отжимается от пола): Надо накачать прессу. (Биллу) Мало пишут о вас.

Кусты пахли жестью, а из окон светилась власть. Беатрис продралась сквозь колючие заросли, оглянулась на Луну и прильнула к стене. Вернита вышла на крыльцо, потопталась и шагнула в сад. Беатрис схватила ее со спины за шею.

Вернита: Ты? Я знаю, что это ты.

Беатрис: Слишком много знаешь – опасно для жизни.

Вернита: Ты знаешь мало. Ну, кому-то надо знать много.

Беатрис: Отвинчу голову, мало не покажется.

Вернита: У меня дочь растет. Сиротой останется.

Беатрис (ослабевает хватку): Пусть не топчется по моему электоральному полю.

Вернита: Что с нее взять?

Беатрис: Проценты, конечно. (отрезает Верните один палец) Это задаток.

Вернита дотянулась до вил, бессмысленно, как казалось до сих пор, висящих на противопожарном щитке, и со всего размаху запустила их в Беатрис. Но та успела шарахнуться в сторону и прыгнуть в кусты.

Вернита (ищет в траве палец): Вот так всегда. На самом интересном месте. (находит палец) О! Идея!

Не успело солнце позолотить ставни и портьеры в резиденции Билла, как Вернита влетела в гостиную, размахивая газетами.

Вернита (радостно): Я убила Билла!

Батт (зевает): Опять яд?

Вернита (улыбается): Не-е-ет. Вирус. Компьютерный. (трясет газетами) Все пишут. (гордо) Ники придумала.

Беатрис (на пороге): А я осуществила. (жизнерадостно) Как жить будем?

Билл (неспешно входит): Демократично. То есть, по-моему.

Батт (вздыхает): Снова кризис.

Вернита: Перманентный.

Батт: Мне кажется, мы здесь лишние. Не ко двору.

Билл (один, Беатрис): Что ты там говорила о большой любви?

*********

Билл – Виктор ******

Бадд – Виктор ********

Беатрис Кидо – Юлия *********

Гого Юбари – Давид ******

Вернита Грин – Виктор ******

Ники – Игорь *****

Элли Драйвер – Арсений ******

Пай Мэй – Владимир ******

О-Рен – Вячеслав *********

Софи Фаталь – Иван ****

Хаттори Ханзо – Владимир ********