.jpeg)
ПРОЛОГ
Египетская пустыня. Пирамиды. Пожилой Археолог, кряхтя, выползает из узкой норы в стене одной из пирамид и подает своему Помощнику папирус, густо исписанный иероглифами. Вдвоем они склоняются над документом.
Археолог (после паузы): Так вот оно – проклятье пирамид!
Помощник: Простые слишком истины таит.
Археолог: А кто тебе сказал, что просто – то понятно?
Переводи, пока не потускнели краски.
СЦЕНА 1
Древний Египет. У недостроенной пирамиды масса народу, суета, пыль и гомон. У подножия, в роскошном шатре, фараон Ютанхамон раздраженно сыплет замечаниями в адрес Верховного жреца Яменхотепа и предстоятеля совета пятисот мудрецов Мутмоса.
Ютанхамон (вскинув голову): Опять вам говорю: строенье – разобрать!
Потомок я богов. Мои указы святы.
А вы уж как-нибудь...
Яменхотеп: Пресветлые палаты
Святого Ра! Опять переговоры...
И сколько ж будут длиться наши споры?
Яменхотеп, не глядя на дерзкого, вышел из шатра. Вельможи бросились за ним, еле уговорили вернуться, предлагали разные варианты, но даже не седьмой день переговоров не удалось прийти к соглашению. Люди, занятые на постройке, забросили работу и принялись выяснять отношения. Доходило до драк.
Первый египтянин: Мы столько сил, труда сюда вложили.
Выходит, что напрасно жизнь прожили?
Второй египтянин: А и переложить... Зачем пять лет терпеть?
И ждать, пока придут дозволенные сроки
Для ломки государственных основ?
Не нравится коль нам – тут я на все готов!
Разносчица воды: Вы языки дочешете до смуты.
И сами же умоетесь слезами,
Как наши предки.
Второй египтянин: Это почему?
Разносчица воды: Египет был ведь не всегда един.
Давно существовали Верхний, Нижний
И прочие удельные египты. Слабы были,
Страдали там от бедностей и войн,
Набегов. Этого хотите?
Все трое замолчали.
Первый египтянин (кивая на шатер): Договориться все никак не могут.
Второй египтянин: Разрушить все, к чему все разговоры.
Разносчица воды: А на руинах что?
СЦЕНА 2.
Дворец фараона, совещательная терраса.
Ютанхамон: В который раз я заявляю вам,
Что власть свою ни йоты не отдам.
Яменхотеп (озабоченно): Да строили-то мы защитный амулет
Для целостности нашего Египта.
А по нему уж трещина пошла.
Ютанхамон (перебивает): Вот видите! Толкнуть – и все дела,
Коль начала конструкция ломаться.
Мутмос: Но государство может разделиться...
Ютанхамон: Вот и расстаться с худшей половиной,
Традиции, нам чуждые, хранившей.
Яменхотеп (спокойно): Тогда мы обратимся в Высший суд,
Который в храме Ра искони заседает
И стережет за соблюденьем правил,
Начертанных для нас богами с неба.
Храм Ра, в котором заседают судьи Высшего суда. Леопардовые шкуры, подбитые бордовым бархатом, тяжелые золотые цепи с изображением солнца и... полная растерянность на лицах.
Председатель: Сюда я продирался, как сквозь строй
Военных. Эти, правда, в штатском,
Но можем ли мы знать, что в голову придет
Тем, кто бушующие толпы созывает
И оскверняет тишину не только храма,
Но бога правды, коему мы служим?
Верховная жрица (единственная женщина среди судей): Нахалам я пощечин надавала.
Увы, запрос у нас – отнюдь не щеки,
Которые реально отметелить,
Решив хоть так проблему навсегда.
Один из судей: Растерян я. Коль скажем: «Разобрать»,
Высокий риск – расколется держава.
Оставить пирамиду вот такой, как есть?
Но фараон у нас богов потомок.
Рассердятся они, коль мы его
Хоть сколько ущемим.
Другой судья (схватившись за голову): Так что же делать?!
Председатель: Мы заседаем сотый день подряд,
А обещали в тридцать уложиться.
Жрица: Давайте скажем честно, что вопрос
Настолько сложен, что мы призываем
Всех обратиться к солнцу правды – Ра.
Пускай подаст тот знак, что нас рассудит.
Ведь он же бог...
СЦЕНА 3.
Площадь перед храмом Ра. Фараон, вельможи и судьи, совершив сложный ритуал, ждут знака бога. Стоять под палящими лучами тяжело, а защититься от Солнца нельзя – оскорбишь бога.
Ютанхамон: Народу что-то мало собралось.
Яменхотеп: Они давно уже другим живут.
Мутмос: А почему такая тишина?
Сумеречная тень легла на площадь и храм – солнечное затмение.
Ютанхамон (растерян): Отказывается Ра нам отвечать...
Немногие зрители разочарованно расходятся, возвращаются к пирамиде, где жесткие потасовки прекратились на время затмения. Трещина стала шире и заметнее. Стоило солнцу опять засиять, как драки возобновились с новым пылом. Вдруг один из особо активных резко отшвырнул в сторону доску с иероглифами «Совет Мудрых – на мыло!» и запрыгнул на брошенный блок, так и не ставший частью пирамиды.
Египтянин на камне: Послушайте, на миг остановитесь.
Сколь долго мы друг другу синяки
Еще продолжим ставить? И за что?
Какое дело нам до пирамиды,
Точнее, до разборок, что красивей?
Неужто легче станет жить и нам,
Коль в камне фараона изваяем,
И блоки заново перекладем?
Разносчица воды: Ну, слава Ра, разумный все ж нашелся.
А минуло всего-то сотня дней,
Первый египтянин: Действительно, что нам до их проблем?
Пускай себе дерутся сотни лет,
Нам надо жить и радоваться жизни.
Они нам в этом точно не помеха.
Люди, порядком измученные драками, встречают сии речи восторженными возгласами и криками «У-Ра!», то бишь «Слава Ра!». Словно услышав их, с небес на землю льется светло-коричневый дождь, струи которого оказываются на самом деле пивом.
Осирис (с неба): Мы тут посовещались вместе с Ра
И скажем так: слова достойны пива.
ЭПИЛОГ
Прошло несколько лет. Люди сами достроили пирамиду, возле нее вырос город. Из дворца фараона сюда все же долетают звуки споров и переговоров, но на них уже никто не обращает внимания.
Наши дни.
Археолог: Потом, конечно, высекли в Луксоре
И фараона, и жену – из камня.
Помощник: После того Египет не поднялся.
Археолог: Да люди как-то сами управлялись,
И, знаешь, в общем, жили хорошо.
Помощник: Ну, а проклятье, в чем оно?
Археолог: В величье.
Задравши нос, земли не увидать.
Легко споткнуться – подниматься тяжко.
.jpeg)
.jpeg)
.jpeg)
.jpeg)
.jpeg)
.jpeg)
16.05.08 - 21:00 
16.05.08 - 19:54 .jpeg)
